Алтайский heartland

Пожалуй, плоскогорье Укок – одно из самых недоступных мест в Горном Алтае. Видимо, из-за этого оно обрастает легендами, становится притягательным для туристов и просто тех, кто хотел бы знать Алтай лучше. Расположено оно на юге Алтая, на стыке границ России, Монголии, Казахстана и Китая, и добраться в те места непросто: дороги предназначены лишь для джипов и полувоенизированных грузовиков.
В августе на плоскогорье работала научная экспедиция, организованная Алтайским государственным природным заповедником. Ее руководителем был заместитель директора АГПЗ по науке, сотрудник Института мониторинга климатических и экологических систем СО РАН, член Русского географического общества Владислав Загорулько. Наш корреспондент Дмитрий Кобзев вместе с учеными побывал на плато, увидел собственными глазами перевал Канас, через который планируется строительство дороги на Китай, посетил курган «принцессы Укока». Предлагаем вниманию посетителей его путевые заметки.

Недавно в китайском городе Урумчи прошла Международная торговая ярмарка. Выступая накануне ее открытия, заместитель полпреда президента в Сибирском федеральном округе Игорь Простяков, заявил, что на этой ярмарке окончательно решится вопрос о строительстве дороги на Китай через плато Укок. По мнению господина Простякова, которое приводит агентство Regnum, «пропускных мощностей в Забайкалье уже не хватает, для удовлетворения потребностей регионов СФО их необходимо увеличивать в три раза. Возить товары окружным путем или через третьи страны – это лишние и немалые расходы». По словам чиновника, будущая дорога максимально не затронет плато Укок и «пройдет вдоль линии границы». «Что касается попыток некоторых лиц выступить против строительства дороги под прикрытием сохранения экологии, - сказал господин Простяков, - то эти возражения несущественны. То, что необходимо обеспечить сохранение экологии на 100% - для меня это абсолютно ясно. В данном случае, когда начинают говорить об экологии, просто прикрывают свою заинтересованность в сведении отношений с Китаем до минимума».
По информации господина Простякова, с российской стороны требуется построить порядка 140 км. дороги, приблизительно столько же и с китайской стороны, правда, там, как рассказал замполпреда, предстоит не строить, а восстанавливать. «С китайской стороны есть основа прежней дороги. Не столько строить там нужно, сколько восстановить, так как трасса там была. И я не сомневаюсь, что они это сделают умело и быстро», - добавил господин Простяков.
На международной ярмарке в Урумчи Республику Алтай представлял министр экономики Михаил Зотов. В беседе с вашим корреспондентом господин Зотов заявил, что считает строительство дороги на Китай нецелесообразным. По мнению министра, в настоящее время настало время проводить в жизнь концепцию «регионального эгоизма», и наличие дороги в этом контексте никак не может быть расценено позитивно.
К тому же, уверен Михаил Зотов, говоря о проекте строительства дороги, инициаторы ее строительства плохо представляют себе природные и климатические условия, в которых придется осуществлять строительство. И, должен признать, здесь министр абсолютно прав.
После возвращения из Урумчи из полпредства до сих пор не поступило сведений о том, действительно ли вопрос строительства дороги был окончательно решен. А вот господин Зотов на пресс-конференции заявил, что ажиотаж вокруг этого вопроса связан с лоббированием определенными силами проекта строительства. В планах же развития Сибири до 2020 года строительство дороги в Китай не значится. И беспокоится, соответственно, нечего.
Но, в общем, планы тем и хороши, что их можно корректировать, менять, порой до неузнаваемости. Ведь все участники ярмарки в Урумчи как один говорят – Китай заинтересован в строительстве этой дороги.
Побывав на плато Укок и увидев собственными глазами перевал Канас и его окрестности, могу сказать, что строительство дороги в тех местах, конечно, возможно, но неминуемо столкнется с трудностями в виде болотистой местности, каменных осыпей, труднопроходимого перевала. И, само собой, строительство дороги, безусловно, нарушит экологический баланс, сложившийся на Укоке на сегодняшний день.
Лично мне совершенно непонятно, что имеет в виду господин Простяков, когда говорит, что дорога «пройдет вдоль линии границы». Взять хоть государственную границу, хоть границу плоскогорья – она пролегает по хребтам с вершинами более 3 тысяч метров над уровнем моря, доступными только для квалифицированных альпинистов. Единственный возможный путь с перевала Канас в сторону Чуйского тракта проходит по долине реки Ак-Алаха. А эта долина пролегает с юга на север как раз по центру плоскогорья.
Сейчас на плато обитает трудно представимое для большинства городских, да и сельских жителей количество разнообразных животных и птиц. Разговоры о том, что дорога поможет им размножаться и далее обитать в тех местах, мягко скажем, несерьезны.
Автор этих строк не является сторонником экологических организаций, которые в большинстве своем для спасения природы ничего не делают, а наловчились лишь выбивать спонсорские денежки под это благородное дело. Но нужно признать, что человечество всегда приносило экологические вопросы в жертву вопросам политическим. А уж если эти политические вопросы носят международный характер, то разговоры об экологии считаются едва ли не предательством Родины и национальных интересов.
Жители республики однажды уже оказались «экологическими» заложниками большой международной политики и продолжают испытывать на себе ее последствия до сих пор. Во времена холодной войны никто не брал в расчет, что ракетно-космическая деятельность может повредить здоровью граждан. Если такая возможность и допускалась, то цена вопроса военных вполне устраивала. Причем, как с нашей, так и с американской стороны (ведь в США тоже наверняка существуют районы для падения отработанных ступеней ракет).
И если уж власти не жалели людей ради демонстрации ядерных и космических мускулов, то разве остановит их судьба каких-то краснокнижных животных, коль впереди вроде бы маячат стратегические выгоды от сотрудничества с Китаем?
Но действительно ли тесные отношения с Китаем являются для нас слишком уж стратегическими?
То обстоятельство, что по границам плоскогорья Укок проходят государственные границы четырех государств, делает это место весьма значимым с геополитической точки зрения. В свое время один из основоположников геополитики сэр Халфорд Макиндер сказал: тот, кто владеет Хартлендом (Евразией), правит миром. Его сентенцию можно перефразировать, справедливо заметив, – кто владеет Укоком, тот властвует на Алтае. Наше плоскогорье – сердце Алтая, и тот, кто завладеет им, будет в этом регионе самым влиятельным.
Проект строительства дороги через плато выгоден многим. Ведь сейчас оно является своеобразной стеной, фильтром, который не позволяет некоторым державам, претендующим на лидерство не только в Сибири, но и в мире, получить беспрепятственный доступ на наши рынки и наши земли.
Например, дорога может принести серьезные выгоды Казахстану, который получил бы короткий путь до Кош- Агачского района и Кемеровской области, приграничных с Россией районов Монголии и Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая. Не секрет, что на этих территориях проживают влиятельные казахские диаспоры, и нередко именно они руководят на этих территориях местными администрациями. В настоящее время существуют тесные контакты между казахскими диаспорами в Кемеровской области, Кош-Агачском районе, Монголии. Однако диаспора в Китае как бы выпадает из этого круга. В случае же строительства дороги через Укок этот круг замкнется. Очевидно, что после этого влияние Казахстана в Алтайском горном регионе существенно возрастет.
Что касается Китая, то всему миру очевидно, что эта страна в настоящее время добивается статуса гегемона, установления нового мирового порядка, главенствующую роль в котором будет играть Пекин. Усилия Китая на этом поприще носят планомерный и технократичный характер, от внимания китайских стратегов не ускользают, казалось бы, даже такие незначительные регионы, как Алтай. Осуществляя экспансию в Приморье, власти Китая, видимо, рассчитывают, что лет через 50 русский Дальний Восток станет их зоной влияния. С помощью дороги через плато Укок китайское влияние можно будет распространить и на Сибирь.
Мне уже доводилось писать, что авторы коллективной работы «История агрессии царской России против Китая», вышедшей уже при Дэн Сяопине, выдвигают территориальные претензии к России в Западной Сибири на 500 тыс. квадратных километров, в том числе на территории Алтайского края, Республики Алтай, части Новосибирской, Кемеровской и Омской областей. Китайцы полагают, что они лишь временно мирятся с этой «исторической несправедливостью», называя Сибирь «временно утраченной территорией Китая» и «северной неосвоенной целиной». Китай сегодня заинтересован в поставках из России современного оружия и стратегического сырья, что показали, например, прошедшие на днях совместные российско-китайские военные учения. Однако, как считают некоторые ученые, через 10-15 лет ситуация может измениться, и Пекин перейдет к открытой экспансии в отношении российского Дальнего Востока и Сибири. В этих условиях китайская этническая колонизация Западной Сибири при малочисленном российском населении этого огромного региона может в перспективе послужить поводом к официальному инициированию Китаем территориальных претензий к России в Западной Сибири. В случае же возникновения военного конфликта между Россией и Китаем автодорога через плато Укок будет иметь для КНР огромное военно-стратегическое значение. По оценкам экспертов, в 1999 году военный бюджет Китая официально составил 16 млрд. долларов. Сегодня наш южный сосед имеет хорошо вооруженную, дисциплинированную и обученную крупнейшую в мире армию численностью более четырех миллионов человек. Несмотря на различного рода декларации и договоры о российско-китайском партнерстве, в среде китайских военных стратегов многие продолжают рассматривать Россию, как врага Китая № 1. Не может быть сомнения в том, что, в случае возникновения войны с Китаем, проектируемая автодорога через перевал Канас откроет путь для китайской сухопутной агрессии в Западную Сибирь. По договоренностям Шанхайской пятерки и ряду других ранее заключенных российско-китайских договоров, Россия больше не имеет в Курайской степи боевых соединений, способных остановить возможную агрессию со стороны Китая. «Дорога на Китай» еще более облегчит фронтальное развертывание войск вероятного противника на просторы равнинной Западной Сибири. Так, кандидат исторических наук Олег Боронин полагает, что в свете возможных претензий со стороны Китая на южные районы Горного Алтая у КНР, в случае существования транспортного коридора в Горный Алтай, появится реальная возможность для аннексии Чуйской и Курайской степей. А вот российским сухопутным войскам для освобождения этих районов придется преодолеть труднодоступные перевалы Семинский и Чике-Таман. Впрочем, китайцам тоже будет нелегко, так как им будет препятствовать пограничный перевал Канас. Однако по современной дороге лучше наступать, чем вовсе без нее.
Но все же будем надеяться, что до столь кровавых эпизодов российско-китайские отношения в ближайшее время не дойдут (хотя, подписывая пакт Молотова-Риббентропа, Россия тоже не ожидала, что через два года он будет нарушен). Нельзя забывать, что в современном мире вовсе не обязательно вести войны для того, чтобы захватить те или иные территории. Достаточно применить экономические методы. Не секрет, что китайцы остаются китайцами, то есть агентами влияния Поднебесной, даже если родились в среде эмигрантов. Их трудолюбие и обилие трудовых ресурсов способно, в конце концов, поставить в зависимость весьма развитые в экономическом смысле страны.
Больше всего настораживает целеустремленность и планомерность деятельности по распространению китайского влияния в мире. Соединенные Штаты Америки, которым рано или поздно придется поднять все более настойчиво бросаемую Пекином перчатку, еще в середине 90-х годов с некоторой озабоченностью стали отмечать, что на рынке потребительских товаров царит продукция made in China.
Россия сейчас вовлечена в игру китайских дипломатов. В глубине души затаив обиду на США за проигрыш в холодной войне, за утерянные признаки мировой державы и «второго полюса», мы сочли, что дружба с Китаем позволит сделать чувствительный укол нашему оппоненту. И Пекин подыгрывает российским политикам в этом желании. Но нужно понимать, что это не наша игра. Китай, даже в цивилизационном смысле – скорее источник грядущих опасностей для России, а не партнер. Глубокое убеждение автора состоит в том, что США и Западная Европа, несмотря на все обиды, которые мы нанесли друг другу, – ближе нам по духу и даже крови, если хотите, чем Китай. Все наши недоразумения с исторической точки зрения – лишь свара в семье: «милые бранятся, только тешатся». Нужно знать и соблюдать ту грань фривольных заигрываний, за которой развод в семье становится неминуемым. Поход же России в поисках «хорошего левачка» затягивается и грозит разрушением, а не укреплением семьи.
Скорее всего, строительство дороги повлечет за собой интенсивный рост экономики Сибири и Республики Алтай в том числе. Именно экономическими мотивами оперируют сторонники строительства дороги. Например, журналом «Эксперт-Сибирь» приводятся данные о том, что приграничный с Россией Синьцзян-Уйгурский автономный район за 15 последних лет превратился в крупную перевалочную базу, куда со всего Китая ввозится продукция и откуда она доставляется в страны Средней Азии, Россию и далее в Европу. Внешнеторговый оборот СУАР ежегодно растет и в 2003 году увеличился по сравнению с аналогичным показателем 2002 года на 77% . При этом более 3 млрд. долларов США обеспечила приграничная торговля. Экспорт СУАР в страны Средней Азии на 75% представлен одеждой и обувью, пока в основном невысокого качества, свыше 90% этих товаров произведено во внутреннем Китае. В настоящее время товарооборот между Китаем и Сибирью обеспечивается, в основном, за счет Восточной Сибири. В случае же строительства дороги через перевал Канас, по мнению ряда экономистов, Западная Сибирь сможет обеспечить товарооборот с Китаем на уровне Восточной Сибири. Речь идет о миллиардах долларов США.
В случае строительства прямой автодороги в безлюдном ныне урочище Бертек на плоскогорье Укок, вероятно, возникнет новый населенный пункт. Ведь нужно будет размещать таможенную службу, усиливать пограничные заставы, расселять где- то дорожников, которым придется в ежедневном режиме следить за состоянием дороги. Помимо этого рано или поздно появится потребность в открытии рынков приграничной торговли. Так что место грозит стать весьма оживленным. Повторюсь, что при этом говорить о сохранении нынешнего экологического баланса будет невозможно. К тому же людям, видимо, придется жить на древнем кладбище – в урочище Бертек находится более сотни археологических памятников, в основном курганов.
Наибольшую тревогу у жителей республики, как показывают проведенные редакцией горно-алтайского еженедельника «Листок» опросы, на самом деле вызывают не вопросы обороноспособности страны и не проблема сохранения редких видов животных на плато Укок. Людей беспокоит, в первую очередь, опасность китайской экспансии, благо, опыт Дальнего Востока хорошо известен. Ужесточением миграционного законодательства проблему вряд ли возможно решить.
Опасения вызывает и то обстоятельство, что СУАР – не самая спокойная в смысле межнациональных отношений провинция Китая. Существует движение уйгурских сепаратистов, вооруженное исламом, который в последнее время имеет свойство становиться все более радикальным. Для возникновения радикального исламского течения есть предпосылки и в Горном Алтае, в основном за счет маргинальных околорелигиозных культов, активно заигрывающих в настоящее время с исламскими государствами и территориями.
Так что в случае строительства китайской дороги вокруг русской части Алтая возрастет геополитическая напряженность – и казахи, и китайцы, и уйгуры начнут преследовать здесь собственные интересы. Так что, может статься, для России стратегически важно оставить Укок «на замке», оставаться хранителем этого алтайского Хартленда. Даже в ущерб развитию экономики за счет китайских товаров. Не все же, в конце концов, измеряется в нашем мире звонкими монетами. Умение стратега как раз и заключается в том, чтобы отказаться от сиюминутных выгод ради дальнейших побед.
Но, впрочем, достаточно о геополитике…

Пытать не будут
Добраться до плоскогорья не очень сложно. Но все же, если вы рядовой гражданин (каковыми были все участники экспедиции), вам придется запастись терпением и, конечно же, решить вопрос с транспортом. Если у вас под боком вертолет, то проблем с преодолением перевалов и болот у вас не возникнет. Но для большинства вертолет, конечно же, недоступная роскошь. Поэтому основным видом транспорта, на котором происходит заброска на плоскогорье, является внедорожник.
Помимо решения «транспортной проблемы», в Алтайском погранотряде путешественникам предстоит получить пропуск для посещения приграничной территории. А до этого разрешение на посещение плоскогорья должны выдать в дирекции природного парка «Укок», которая расположена в Кош-Агаче.
Процедура получения пропуска не сложна, однако может занять несколько часов – не допросов, конечно, а просто ожидания, во время которого можно праздно послоняться по Акташу, разглядывая здание новой больницы, своей нарочитой красотой являющей резкий контраст окружающим старым деревянным домам с разваливающимися крылечками и худыми крышами.
Еще один пример нарочитой красоты по пути в Укок можно встретить в Чуйской степи, недалеко от райцентра Кош-Агач, где построено новое село, которое каждый называет по-разному: кто Белтыр, кто Белтир, кто Новый Бельтир. Когда мы оказались там, томский студент Павел Мурашкин, понятия не имеющий о том, насколько важен этот поселок в попытках Михаила Лапшина спасти свой пост, сказал: «Надо же, потемкинская деревня прямо посреди степи». В этих домах могут жить только гномы и феи, как говорил сатирик Задорнов.

По пути к священным вершинам
Плоскогорье расположено на высоте 2200-2500 метров над уровнем моря, над ним в среднем на 500-600 метров возвышаются горные хребты. Максимальная высота горного обрамления плоскогорья – горный узел Табын-Богдо-Ула (Пять священных вершин), одна из вершин которого – гора Найрамдал, расположенная в Монголии – достигает 4374 метров над уровнем моря. Эта гора является после Белухи второй по высоте вершиной в Сибири. В Табын-Богдо-Ула сходятся границы трех государств – России, Китая и Монголии.
Плоскогорье представляет собой безлесую холмистую местность, которую с севера на юг пересекает долина реки Ак-Алаха. Долина расширяется к северу, образуя урочище Бертек, богатое историческими памятниками. Именно рядом с урочищем Бертек и был обнаружен курган «принцессы Укока». На плоскогорье много озер, самыми крупными из которых являются Кульджин-Куль, Укок, Белое, Музды-Булак.
С внешним миром Укок связывают грунтовые труднопроходимые дороги через перевалы Укок (граница России и Казахстана, ближайший населенный пункт в Казахстане – Усть-Чиндагатуй), Улан-Дабо (граница России и Монголии, ближайший населенный пункт в МНР – Кок-Эрик) и перевал Теплый ключ. До перевала Теплый ключ ведет дорога из Кош-Агача, у подножия перевала со стороны Кош-Агач расположена фабрика Калгутинского молибдено-вольфрамового месторождения, там же расположен небольшой поселок, несколько бань с радоновыми ваннами, которые можно принять бесплатно.
Если до этого поселка можно добраться на легковых автомобилях, то преодолеть сам перевал, высота которого составляет 2907 метра над уровнем моря, возможно только на джипах или тяжелых военизированных автомобилях типа ГАЗ-66 и «Урал». Перевал общей протяженностью около 30 километров на автомобиле ГАЗ-66 мы преодолевали 2 часа 40 минут.
Ближайший в России населенный пункт к плато Укок – село Джазатор Кош-Агачского района, он расположен в 40-50 километрах севернее плоскогорья. Зимние стоянки, расположенные на севере плато используются жителями Джазатора – здесь расположены зимние пастбища для скота. В советское время на плато Укок проходили скотоперегонные трассы, соединяющие Казахстан и Монголию, в настоящее время эти трассы не действуют.
Помимо чабанов из Джазатора постоянными жителями плоскогорья можно назвать пограничников. Учитывая, что здесь проходят границы трех государств, на плато функционирует две заставы – «Аргамджинская» и «Челябинская казачья», которая расположена в месте слияния реки Кара-Булак и Ак-Алаха. Эта застава – последняя на пути к перевалу Канас, контролирует пограничную с Китаем территорию в районе перевалов Канас и Бетсу-Канас, с Казахстаном в районе перевала Укок.
Учитывая труднодоступность и статус приграничной территории, плоскогорье Укок является весьма безлюдным. Во время экспедиции на плоскогорье мы встретили лишь два джипа с новосибирскими номерами, пассажирами которых были пять туристов.

Варвары и святые
Горный узел Табын-Богдо-Ула является священным для монгольских и китайских буддистов. Судя по рассказам людей, которые там бывали, на склоне одной из монгольских гор во льдах есть труднодоступная пещера, являющаяся желанной целью буддийских паломников. Как сакральное место плато Укок фигурирует и у алтайцев, придерживающихся других религиозных взглядов, в том числе языческих. Впервые о сакральности плоскогорья представители алтайской интеллигенции было заявлено после того, как в 1993 году группа новосибирских археологов под руководством Натальи Полосьмак (в этом году за открытия, совершенные на плато Укок ей и ее супругу, академику Вячеславу Молодину была вручена Государственная премия РФ) обнаружила в одном из курганов, расположенных в долине реки Ак-Алаха хорошо сохранившуюся мумию женщины. В настоящее время она находится в музее археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук в Новосибирске. В 1995 году в ходе раскопок академик Молодин обнаружил также мумию мужчины. Всего же на плато Укок расположено около 1500 археологических памятников.
Как заявлял в одном из интервью местной прессе Вячеслав Молодин, мумии принадлежат представителям племен, проживавшим на Алтае в так называемый пазырыкский период (5-2 века до нашей эры). В результате исследований находок с плато Укок, ученые пришли к выводу, что в пазырыкском обществе после смерти мумифицировали всех мертвецов, а не только представителей высших сословий. Об этом свидетельствует то обстоятельство, что найденная Вячеславом Молодиным мумия мужчины принадлежит рядовому воину. Также очевидно, что пазырыкцы повсеместно использовали татуировки.
Что касается исследований ДНК мумий, то ученые пришли к выводу, что наиболее «близкими родственниками» людей, проживавших на плато Укок более двух тысяч лет назад, сейчас являются селькупы. (Селькупы - прежнее, до 30-х гг. XX в., название - остяко-самоеды, - народ в Сибири. Живут на севере Томской области, Красноярского края и в Ямало-Ненецком национальном округе РСФСР. Численность 4,3 тыс. чел. (1970, перепись). Селькупский язык относится к самодийской группе уральских языков. Селькупы сложились в ходе длительного взаимодействия и слияния аборигенного населения среднего течения Оби с проникшими сюда в начале н. э. из района Саян самодийскими племенами). Также обнаружена генетическая близость к казахам и уйгурам.
Однако алтайская интеллигенция категорически не согласна с выводами междисциплинарных исследований мумий. Бытует мнение, что алтайцы – прямые потомки населявших плато Укок в древности племен. Некоторые общественные деятели считают, что заявления Молодина о том, что ближайшими генетическими родственниками «принцессы Укока» являются селькупы, оскорбительны для алтайского народа.
На самом деле ничего оскорбительного в этом, конечно, нет. Есть очевидные, доказанные наукой факты. Они говорят о том, что на рубеже эр тюрки вытеснили из этих мест скифов-пазырыкцев. В ходе противостояния они нередко разрушали культовые объекты пазырыкцев, оскверняли могилы. Яркий пример того – княжеские захоронения в урочище Пазырык, расположенного недалеко от села Балыктуюль Улаганского района. Найденные в одном из курганов мумии знатных мужчины и женщины были изуродованы – у них были отрублены некоторые части тела, их тела были истыканы кинжалами. При этом экспертиза установила, что повреждения были нанесены через несколько лет после захоронения. Вероятно, таким образом тюрки пытались как бы «убить» мумии после смерти, лишив своих скифских соперников поддержки предков.
После обнаружения на плоскогорье мумий общественность республики под предлогом прекращения «варварства со стороны археологов», «осквернения национальных святынь» потребовала от Эл Курултая запретить археологические раскопки на Укоке. Госсобрание поддержало требование общественности и наложило соответствующий 10-летний мораторий. Его действие заканчивается в этом году. Комментируя возможность возобновления раскопок на плоскогорье, спикер парламента Игорь Яимов заявил информагентству Regnum, что мораторий был связан с крайне низкой степенью вовлечения общественности республики в эти работы. По мнению господина Яимова, нужно разработать четкую программу исторических исследований. «В этой программе нужно предусмотреть участие наших исследователей и, главное, каким образом это наше достояние будет экспонироваться. Ведь не совсем правильно, что принцесса Укока даже в течение непродолжительного времени не экспонировалась в Республике Алтай. Раньше было как – выкопали, увезли. И именно это раздражало местное население».
Требовавшие запрета археологической деятельности на плато представители местного населения утверждали, что плато всегда было для них священным местом. Более того, они знали о месторасположении кургана «принцессы», которую во все века чтили как принцессу Кадын. Почти сразу после раскопок стали раздаваться требования вернуть мумии в Республику Алтай. Некоторые при этом настаивали даже на перезахоронении мумии.
Антрополог, кандидат исторических наук Константин Банников, занимающийся исследованием плато Укок, в интервью горно-алтайской газете «Листок» говорил: «Что касается едва формирующейся мифологии по поводу так называемой «принцессы Кадын», к могиле которой якобы не зарастала народная тропа – то это не более чем массовое заблуждение. Такое состояние свойственно общественному сознанию молодого формирующегося народа, пытающегося обрести свою историю, идентичность, культурных героев, идеологию, в конце концов. У японцев в IX-м веке было то же самое – политическое переоформление культа предков. Так что это как раз нормально – видеть божественного предка в каждом археологическом объекте. Для алтайцев Укок не был священной территорией хотя бы потому, что на нем практически не было алтайцев. Могила скифской девушки, на трупе которой половина алтайской интеллигенции мечтают сделать себе пиар и эзотерические карьеры, представляла собой разрушенный пограничным бульдозером невзрачный курган. Он находится вплотную к распаханной контрольной полосе, отчего и пострадал, и вообще бы исчез, если бы не археологи, которые спасли этот памятник. И никто никогда его не навещал, и ни один сын алтайского народа обрядов на нем не проводил».
Один из пограничников, в настоящее время находящийся уже в отставке, в беседе с вашим корреспондентом также не смог подтвердить рассказы о паломниках к кургану. Он служил на заставе, известной сейчас как «Челябинская казачья» (курган находится от нее не более, чем в 5-7 километрах) в 80-х и начале 90-х годов. «Если бы кто-то посещал эти места, мы бы об этом наверняка знали и даже контролировали бы этот процесс. Ведь там недалеко граница с Китаем, а этот курган, как впрочем, и многие другие курганы на Бертеке, находится в зоне прямой видимости с заставы».
Зато после находок археологов паломники действительно на плато время от времени появлялись. Вячеслав Молодин как-то даже рассказывал о них:
- Есть люди, которые действительно думают, что это принцесса. Как-то приехали на Укок шаманы, а моя супруга там работала. Спрашивают: где этот курган, где нашли мумию? Она показывает. Нет, говорят, это не он, ты нас обманываешь. Они выбрали самый большой курган в окрестности и там камлали. А на самом деле курган, в котором нашли мумию, был самым рядовым в плане внешности. Я бы его в жизни никогда не стал копать. Почему она его взяла, почему она его стала копать – одному Богу известно. Он был нарушен, неоднократно, еще в древности, потом пограничниками. По диаметру он был очень небольшой. Она потом мне призналась: ты знаешь, я зайчика на кургане увидела. Ну, это женский, чисто женский подход.
Действительно, внешне этот курган ничем не выделяется. Более того, автору этих строк доводилось видеть курганы больше. Например, большие курганы есть в 45 километрах от Кош-Агача по джазаторской дороге. Курганы покрупнее «принцессиного» есть и на Укоке, например, в урочище Майпак или по тропе на перевал Канас. Большое впечатление производит курган недалеко от слияния рек Ак-Алаха и Бетсу-Канас, который по размерам вполне может претендовать на звание «царский». Однако вокруг него никто не камлает, потому что мумии в нем найдено не было.
Нашумевший могильник, где обнаружили мумию «принцессы Укока», находится примерно посередине между мостом через Ак-Алаху в районе бывшей метеостанции Бертек и заставой «Челябинская казачья». Это типичное древнее захоронение состоит из двух курганов, расположенных между дорогой и пограничной «системой» - линией инженерно-технических заграждений. Его нетрудно найти – он находится напротив ущелья Чолок- Чад и впадения небольшой речки, протекающей по этому ущелью, в Ак-Алаху. Курган, в котором была обнаружена мумия «принцессы», расположен прямо у контрольно-следовой полосы, которая в свое время его повредила.
На сегодняшний день оба кургана из этого могильника рекультивированы – то есть археологи восстановили их первоначальный вид. Рекультивированные курганы смотрятся красиво, хотя, может быть, это слово несколько неуместно употреблять в отношении могил. Но именно восстановленные курганы придают плоскогорью дополнительный колорит, помогают представить, как выглядели эти места в древности и совершить хоть и мимолетное, но путешествие во времени.
Должен отметить, что, прежде чем говорить о «варварстве» археологов, нужно самим научиться бережно относится к собственной истории. Мне уже доводилось писать, что на писанице (скале с рисунками древнего человека) в селе Бичикту-Боом можно обнаружить не только произведения древних авторов, но и письменные творения наших современников, проживающих в Каракольской долине.
Так и с курганами. Провести дорогу прямо по древней могиле (а такое мне приходилось видеть на дороге от Кош-Агача до Джазатора, от Бертека до зимовья Бюратал, да и некоторые участки Чуйского тракта построены «на костях») мы зазорным не считаем, а вот археологов, позволяющих нам заглянуть в прошлое Горного Алтая, называем варварами…
Ученые настаивают на продолжении раскопок на плато Укок. По их мнению, археологическим памятникам угрожает опасность. Эта опасность, по мнению Вячеслава Молодина, связана с глобальным потеплением. «Раскапывая некоторые комплексы на Укоке, - говорил академик в одном из интервью, - я сталкивался с таким явлением: на затененной стороне комплекса сохранилась часть линз льда, а на более освещенной, более теплой стороне уже ничего нет. В растаявших курганах сохраняются только железо, бронза, кости, но это на много порядков меньше того, что мы находим во льду».
Тезис о «глобальном потеплении» подтвердился и в ходе экспедиции, организованной Алтайским государственным природным заповедником. По данным участника экспедиции, заслуженного метеоролога России Валентина Селегея, последнее десятилетие на Укоке было самым теплым за последнее тысячелетие (!). А недалеко от слияния рек Ак-Алаха и Бетсу-Канас мы видели несколько курганов, находящихся в болотистой местности. «Очевидно, - считает руководитель экспедиции Владислав Загорулько, - что пазырыкцы не могли устраивать захоронения в болоте. Оно появилось здесь значительно позже того, как были устроены эти курганы».
Ученые считают, что в прошлом на Укоке было не только суше, но и растительность была богаче. Например, при исследовании содержимого желудка погребенной вместе с «принцессой Кадын» лошади среди многочисленных остатков тундровых и степных растений была обнаружена пыльца дуба, который не встречается сегодня в радиусе 100 километров от этих мест. По материалам других экспертиз было установлено, что пазырыкцами для строительства широко использовались местные породы деревьев: лиственница, ель, сосна и береза. Видимо, несколько тысячелетий скотоводческого освоения территории сильно изменили природную среду, но не в результате выпаса, а в первую очередь за счет сведение леса на топливо, на строительные нужды, и для расширения площадей под кормовые угодья. На сегодняшний день деревьев на плоскогорье практически нет, хотя у подножья перевала Канас участники экспедиции обнаружили отдельные лиственницы.
Наличие большого количества заболоченных участков почвы на плоскогорье Укок, особенно в верховьях реки Ак- Алаха у перевала Канас, по мнению господина Загорулько, объясняется интенсивным таянием ледников, в результате которых появляется большое количество небольших рек и ручьев, которые перед впадением в Ак-Алаху разливаются по пологой пойме. Это, в общем, также подтверждает теорию о потеплении климата в тех местах.
В настоящее время среднегодовая температура на плоскогорье составляет 9,5 градусов Цельсия, среднемесячные температуры колеблются от -32 до +9 градусов. Здесь выпадает 160-296 мм. осадков в год, преимущественно в теплое время года. Во время экспедиции, а это середина августа, здесь дважды выпадал снег, глубина снежного покрова достигала 6 сантиметров.
Заболоченность местности, уверены исследователи, создаст дополнительные сложности в строительстве дороги на Китай через перевал Канас. В настоящее время до перевала с российской стороны можно добраться только пешком либо на лошадях.

Перевал Канас
В связи с труднодоступностью плато здесь богатая фауна. Участники экспедиции встречали здесь волков, сурков, сусликов, росомах, горных козлов. На плоскогорье можно встретить большие стаи чаек, журавлей-красавок, горных орлов, уток, гагар. Реки богаты хариусом, которого много также в проточных озерах. В замкнутых озерах водится осман.
На плато обнаружено 9 видов растений и обитает 31 вид животных, занесенных в Красную книгу Республики Алтай, при этом 9 видов животных имеют основные места обитания именно здесь. Не в последнюю очередь благодаря этому плоскогорье Укок в 1998 году включено в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.
Именно угроза среде обитания краснокнижных животных является одним из главных аспектов, на которые опираются противники строительства дороги на Китай через перевал Канас.
О возможности строительства этой дороги впервые заговорили еще в бытность главой Республики Алтай Семена Зубакина в 2000 году. Семен Зубакин полагал, что создание этого транспортного коридора позволит существенно улучшить экономическое положение региона. А бывший губернатор Алтайского края Александр Суриков, занимающий ныне должность советника полпреда президента в СФО Анатолия Квашнина, заявлял, что создание трансалтайского транспортного коридора отвечает стратегическим интересам и требованиям национальной безопасности Российской Федерации, дает дополнительные возможности регионального развития. В целом с этим согласны и в полпредстве президента в Сибирском федеральном округе. В настоящее время разработано обоснование инвестиций, однако технического проекта дороги, как такового, не существует.
Участники экспедиции Алтайского госзаповедника побывали у подножья перевала Канас, в нескольких сотнях метров от российско-китайской границы. Здесь из ледника Канасский берет начало самый южный исток Катуни – река Ак-Алаха. Перевал находится на хребте Южный Алтай между горой Канас (3446 метров над уровнем моря) и горой «Пик Алахинский» (3650 метров). Справа от перевала находится Канасский ледник. Длина ледника 5 км., площадь 7,1 кв. км. Язык ледника расположен на высоте 2460 метров над уровнем моря, высота фирновой границы – 2850 м. Ледник, по мнению исследователей, находится в состоянии активизации, о чем свидетельствуют и два грота, которые формируются на языке. Косвенно это также может свидетельством об изменении климата в тех местах в сторону потепления.
От заставы «Челябинская казачья», куда на сегодняшний день доходит дорога, до перевала – более 20 километров по бездорожью. На специализированных средствах можно добраться лишь до Ак-Алахинского водоската (12-13 км. от заставы), дальше путь преграждает небольшой скальный массив, на одной из вершин которого пограничниками установлен православный крест. За этим скальным массивом открывается долина, южная оконечность которой и является подножием перевала и краем языка Канасского ледника. В долине встречаются торфяные болота, обширные каменные осыпи.
Высота самого перевала Канас, по оценкам участников экспедиции, составляет примерно 2900 метров над уровнем моря, что сопоставимо с высотой перевала Теплый ключ. На склонах перевала есть снежники, подъем на него достаточно крут – до 40 градусов.
По мнению Владислава Загорулько, строительство дороги от перевала возможно лишь по долине реки Ак-Алаха до урочища Бертек, далее – по существующей ныне дороге через перевал Теплый ключ до Кош-Агача. Но в этом случае дорога пройдет как раз по середине плоскогорья Укок, практически полностью пронзив его с юга на север. «В этой ситуации, - говорит Загорулько, - утверждать, что строительство не повлечет за собой изменений в природной среде плато просто несерьезно. Совершенно точно, что возможности увидеть дикий животный мир так, как это было доступно участникам экспедиции и тем, кто сегодня посещает плато Укок, после строительства магистрали будет невозможно».
В то же время Загорулько акцентирует внимание не столько на проблемах экологии, сколько на вопросах, связанных с географическими особенностями местности. По его мнению, транспортная сеть Республики Алтай действительно развита плохо, основным видом транспорта здесь является автомобиль. При этом колесное движение по Чуйскому тракту от Бийска до Онгудая было открыто лишь в 70-х годах XIX в., а до Кош-Агача стало возможно лишь с 1903 года.
- На основании анализа рельефа и требований СНИП нами рассчитаны так называемые морфометрические характеристики рельефа района перевалов Канас и Бетсу-Канас для предполагаемого маршрута трассы, учитывающей, прежде всего, крутизну поверхности, подвижность грунтов, концентрацию осадков, - приводит агентство Regnum слова Владислава Загорулько. – На перевалах углы наклона земной поверхности изменяются от 15-20 до 40 градусов. Неустойчивость угла естественного откоса горных пород и большая интенсивность склоновых процессов эрозии разрушают территорию, сложенную песчаниками, алевролитами, сланцами, конгломератами и гравелитами. Обращают на себя внимание и суровые климатические условия плато Укок. Здесь температура воздуха уже в июле может ночью опускаться ниже 0 градусов. Туманы летом – обычное явление. Большая часть территории лежит выше границы леса и относится, как говорят исследователи, к гляциально-нивальному и морозно-солифлюкционному поясам. Лавинные процессы территории, относимой к многоснежным районам способствуют образованию густой сети мощных лавин, сход которых возможен систематически (осенне-зимне-весенний период, с интервалом 3-5 лет). Я убежден, что взрывные работы на перевале могут спровоцировать землетрясения, сход лавин, обрыв ледниковых масс. Из-за неустойчивости грунтов, мерзлоты и осыпей во время строительства дороги потребуется проведение буровых работ с привлечением большого количества техники и обслуживающих ее людей. Климатические условия потребуют их размещения в хорошо обогреваемых помещениях. Впоследствии придется строить помещения для персонала таможни. Следует предусмотреть сооружение накопителей во избежание создания пробок на трассе и опасностей несчастных случаев из-за схода лавин. На отдельных участках может потребоваться сооружение тоннелей. В любом случае во время снегопадов продвижение транспорта очень затруднится. Говоря простым языком, строительство дороги будет сопряжено с большими трудностями, главная из которых – особенности ландшафта перевала Канас. За дорогой необходимо следить, а в связи с климатом плато в особенности. Асфальтное покрытие, как утверждают специалисты, будет регулярно покрываться наледью. Придется с завидной регулярностью гонять грейдеры. В конце концов, все плато станет полигоном для обслуживания дороги: необходимо будет строить жилые поселки, пункты перехода, технические сооружения.

Следы человека
Одной из целей экспедиции было изучение озера Укок. Его исследования проходили под руководством Валентина Селегея. Участники экспедиции изучили береговую линию, прибрежную флору и фауну, глубину озера. Результаты исследований можно считать пусть небольшим, но географическим открытием. Если до сих пор считалось, что глубина озера Укок достигает 3,5 метра, то сейчас установлено, что максимальная его глубина составляет 9,6 метра. Средние глубина озера – 2,6 метра. Дно озера в основном песчаное, покрыто водорослями. Вода здесь очень прозрачная и, как ни странно, весьма теплая. Днем в августе ее температура достигала 20 градусов по Цельсию. Длина береговой линии озера составляет почти 6 километров, площадь – более 2,5 квадратных километра.
В ближайших планах Валентина Селегея значится составление подробной карты озера, в том числе с указанием глубин.
Не могу не рассказать, что за все время пребывания на плоскогорье именно на этом озере мы столкнулись с не самыми лучшими следами антропогенного воздействия. На берегах озера можно встретить следы буйных пиршеств – битые и целые водочные, пивные бутылки, консервные банки, обрывки рыболовных сетей. А ведь и у Теплого ключа, и перед въездом в урочище Бертек висят щиты, на которых сказано, что рыбалка и охота здесь запрещены. Создан даже природный парк «Укок», который должен отслеживать нарушения природоохранного законодательства.
Уже по возвращении из экспедиции в Интернете я нашел данные о нескольких туристических фирмах, предлагающих «активный отдых» на «легендарном», «мифическом», «прекраснейшем в мире» плоскогорье Укок. Среди обычных экскурсионных программ фигурируют и предложения о «захватывающей рыбалке на озере Укок». Средняя стоимость путевки на плоскогорье составляет 15 тысяч рублей за 10 дней.
Я позвонил в одну из фирм и спросил, как же они могут предлагать рыбалку на озере в заповедной зоне, где вылов рыбы и охота запрещены. «Решение всех вопросов включено в стоимость путевки, не переживайте», - ответили мне.
Надеюсь, что решение этих вопросов происходит в рамках закона и политики республики в сфере охраны природы. В противном случае получается, что наши власти в очередной раз создали себе условия для коррупции.
Думать об этом после посещения Укока, действительно в определенном смысле сакрального, и безусловно чудесного места, не хочется. Хочется думать о хорошем, надеяться на то, что все у нас будет хорошо. Нет, правда…

В заключение мне бы хотелось поблагодарить всех, кто помог мне принять участие в экспедиции. Это Сергей Зяблицкий (фирма «Туримпекс»), Александр Алчубаев («Эл-Банк») и Виктор Безрученков (партия «Родина»). Отдельную благодарность выражаю Николаю Марачеву, который помог мне выбрать хорошее снаряжение. Благодаря этому снаряжению я не замерз, не намок, не сильно устал во время путешествия. Ну и, конечно, нельзя не сказать спасибо руководству Алтайского государственного заповедника за организацию экспедиции.

Дмитрий Кобзев

Карта экспедиции, состав участников, маршрут

Фото:
1. Автор у Канасского ледника
2. Плато Укок, алтайский «Хартленд»
3. Горный узел Табын-Богдо-Ула
4. Курган «принцессы Укока»
5. Курган у слияния рек Ак-Алаха и Бетсу-Канас
6. Вид на перевал Канас
7. Озеро Укок